Репортаж неслыханной щедрости! Наш читатель, не побоявшись рискнуть, лег под нож и увеличил то, о чем так много пишут спамеры. Да-да, свое нефритовое достоинство, свой мужской жезл, или как там его принято называть в приличных журналах. В общем, свой член.



ФИО: по понятным причинам ограничимся «Виталием»
Возраст: 37 лет
Род занятий: охрана
Семейное положение: женат, четверо детей
Вредные привычки: курение – нет, алкоголь – закодирован


Тем, кто сегодня впервые открыл наш журнал, рассказываем: в апреле прошлого года мы объявили конкурс. Читателям с некрупным пенисом предлагалось описать ужасы обладания оным, а мы взамен пообещали безвозмездно провести операцию по увеличению. Подвоха не было. На победителя не накладывалось никаких дополнительных обязательств – скажем, провести вместо нас загробную жизнь в аду.

Мы ждали шквала писем, купили три новых шредера и даже создали в почтовых программах особые папки с названиями вроде «Отверженные» или «Ах-ха-ха». Но дальше, как в «Гамлете», была тишина.

Нет, конечно же, мы получили жалкие две сотни посланий. Но, во-первых, часто письма приходили от одного и того же адресата (руки бедняг, вероятно, тряслись, и кнопка «Отправить» западала). А во-вторых, почти ни один из претендентов на операцию на самом деле в ней не нуждался! Нормальный размер пениса, как мы выяснили заранее, – 10–13 см, а деталью длиннее 20 см укомплектован только один мужчина из миллиона. Ты удивишься, но почти все эти счастливчики нам написали! Реже они спрашивали, нельзя ли вместо увеличения провести обратную операцию, но чаще просили «еще». Видимо, хотели прорваться в какое-то совсем уж статистическое меньшинство…

По истечении трех месяцев у нас тем не менее набралось десять соискателей. Ни один из них, опять же, не страдал микрофаллией (врожденное недоразвитие), но их воззвания хотя бы были проникнуты подлинной болью. Два дня мы составляли ответное письмо, оттачивая формулировки и борясь с чувством превосходства, которое сквозило в каждом слове. Наконец финалистам было разослано предложение: «Напишите, почему вы думаете, что эта операция вам нужнее, чем остальным, и что вы собираетесь делать со своим новым пенисом, когда его заполучите».

Угадай, сколько человек откликнулось и продолжило переписку с редакцией? Правильно, ни одного. Поэтому под нож отправился человек, которого мы будем называть просто Виталием (это тем более удобно, если учесть, что его так и зовут). Он не мог похвастаться рекордно маленькими размерами и даже не попал в финальный отбор, зато проявил редкую заинтересованность в эксперименте: каждые три дня звонил в редакцию.


Визит Виталия в редакцию был формальностью. Глядя на нас с деланым бесстрашием и путая слова, пациент пересказал историю, которую мы уже знали из письма. От демонстрации свидетельства нелегкой семейной жизни Виталия мы отказались. А на следующий день отправились в «Студию эстетической медицины», где обитал доктор Дмитрий Викторович Крысин, хирург и по совместительству благодетель. Как выяснилось, собеседование пациента – обязательная часть пластической операции. Кроме того, доктор Крысин сообщил еще кое-какие любопытные факты.

В операции могут и отказать. Тебе-то это вряд ли будет интересно, но своим беднягам-друзьям, которым будешь пересказывать статью, так и сообщи: операция по изменению длины пениса является пластической и не может быть кому-либо показана, прописана или рекомендована. «Бывают случаи микрофаллии, когда в эрегированном состоянии длина составляет менее десяти сантиметров, – сочувственно говорит Дмитрий Викторович, – но мочиться-то это человеку не мешает! Половая функция – она важна. Но она не влияет на здоровье и продолжительность жизни». Поэтому поводом для операции всегда остается желание пациента. А решение о том, проводить ее или нет, принимает хирург после осмотра пациента и беседы с ним. В 99,9% случаев операция все-таки проводится. Но иногда выясняется, что проблема человека – психогенного характера. Как в следующем примере.

После операции длина пениса в неэрегированном состоянии не изменится. «Был у меня один пациент, довольно пожилой, который хотел пройти через операцию, потому что стеснялся ходить с внуком в баню, – вспоминает хирург. – Дескать, ему нужно было, чтобы там все, как он выразился, внушительно свисало. Я вынужден был ему отказать». Да, увы, операция корректирует длину пениса только в эрегированном состоянии. Всему виной – белочная оболочка, покрывающая пещеристые тела (те самые, которые наполняются кровью во время эрекции). После операции задействуется ресурс пещеристых тел, прячущихся внутри тела. Однако белочная оболочка – а за длину в состоянии покоя отвечает именно она – не увеличивается и не растягивается. Поэтому неэрегированный пенис останется прежним и «свисать» до поры до времени будет не внушительно, а сиротливо.

Чтобы измерить длину пениса, необязательно доводить человека до эрекции. Доктор Крысин продемонстрировал это на Виталии, и фотограф, присутствовавший при процедуре, тому свидетель (если надписи на иллюстрациях показались тебе недостаточно внятными, напишем еще и здесь: все фотографии Виталия – до, во время и после операции – можно найти на нашем сайте). Итак, чтобы измерить пенис, достаточно оттянуть его вниз или вперед. Длина его в растянутом состоянии будет соответствовать длине в момент эрекции. Дело в том, что пещеристые тела имеют предел растяжимости. Когда ты возбуждаешься, они просто наливаются кровью и растут не только в длину, но и в ширь. Но если тебе нужно срочно измерить свое достоинство, а эрекции ждать лень, можешь просто потянуть его за «шею» (количество идиотских эвфемизмов в этом тексте только что достигло предельно допустимой концентрации).

Операция – это только начало долгого процесса. Большинство пациентов, приходя в клинику пластической хирургии, думают, что уже через пару часов (максимум через день) выбегут из нее, радостно помахивая… скажем, справкой о том, что операция по увеличению пениса прошла успешно. «Это, разумеется, не так», – благодушно замечает хирург. После ее окончания от пациента требуется едва ли не больше мужества, чем понадобилось, чтобы прийти в клинику. Потому что после операции начинается восстановительный этап, занимающий до полугода. На протяжении этого времени пациенту приходится по восемь часов в сутки носить экстендер – аппарат, напоминающий то ли гильотину для гномов, то ли подстаканник. «Из-за характера операции во время восстановительного периода все может зарубцеваться криво или слишком сильно. И тогда результат будет ужасным: пенис искривится или, скажем, станет даже меньше, чем был до вмешательства».

При этих словах Виталий побелел, как Майкл Джексон, и клятвенно пообещал носить экстендер, вообще не снимая. На этом предварительный визит был закончен.


Операцию назначили на пятницу, чтобы Виталий мог отлежаться под надзором врачей хотя бы день. Ему было велено не пить: наличие жидкости в желудке могло вызвать осложнения во время погружения в наркоз. Но Виталий, видимо перенервничав, все же позволил себе стакан чая с утра. Это едва не стоило ему жизни, и мы уже приготовили диктофон, чтобы записать для рингтона крик «Мы теряем его!». Однако врачи хладнокровно откачали Виталия, и дальше операция пошла без осложнений.

Однако мы попытаемся изложить основные этапы операции, продлившейся, кстати, всего полчаса.


Продезинфицировав заранее выбритый лобок, хирург взрезает пенис мирно спящего пациента. Надрез идет по срединному шву мошонки (это такая темная линия; покрути пенис – и обязательно ее найдешь). Поэтому, когда все зарастает, шва не видно, и пенис можно принять за исконно большой.




Сдвинув в сторону ненужные ткани (ствол пениса, состоящий из пещеристых тел), хирург добирается почти до надкостницы. Точнее, до связки, которая изнутри крепит пенис к лобку. «Сами пещеристые тела не подлежат растяжению, – комментирует доктор Крысин, – но зато внутри тела есть некоторый их запас. Скажем так: то, что снаружи, – это две трети реальной длины пениса. Еще треть прячется внутри. Рассекая связку, мы меняем точку фиксации». И, добавим мы своим немедицинским языком, вытягиваем наружу сокровища недр.




Хирург заранее делает на бедре пациента пометку, обозначающую длину пениса до операции. Подрезав связку, он проверяет, сколько прибавил в длине его подопечный. Если результат удовлетворительный (обычно прибавка составляет 3 см), надрез зашивается.



Все. Нет, правда все! Через час Виталий уже мог двигаться и почесывать экстендер, а через две недели уже прислал в редакцию благодарственное письмо почти из одних восклицательных знаков. «Он теперь больше 14 сантиметров! Ни секунды не жалею, а жена тем более! – признался он. – Правда, вот у меня есть еще одна проблема: я слишком быстро эякулирую. Четыре-пять фрикций – и все». Но это, как говорится, уже совсем другая история…